29.12.2011

ОДЕВАЙ И ВЛАСТВУЙ. О романе политики с модой.

Статья, написанная мною для нового номера Happy Magazine   

   Изучая историю моды, вы, без сомнения, прекрасно овладеете и политической историей во всей её полноте. Подолы, силуэты, цвета и принты расскажут о революциях, кризисах, географических открытиях и смене династий не хуже учебника, ведь мода, как самое подвижное зеркало эпохи, всегда чутко реагировала на любые изменения, происходившие в мире. Примером того служит карикатура, напечатанная ещё в конце XVIII века в Англии, языком моды говорящая о злободневных политических реалиях: «Модные контрасты, или Маленькая туфелька Герцогини льнёт к величию ботинок Герцога».

Джеймс Гиллрей, "Модные контрасты", 1792.
 
   Сходство двух столь, на первый взгляд, разных явлений сомнений не оставляет: ни что другое не влияет на огромные массы людей сильнее, чем мода и политика, причём при умелом обращении первая становится универсальным оружием в руках второй, и наоборот. Однако осознание этого пришло сравнительно недавно, с переоценкой роли одежды в XX веке, когда из прекрасного пустяка, достойного лишь праздной болтовни в салонах, она превратилась в важную идеологическую составляющую. Так, 23 сентября этого года дом Hugo Boss принес извинения за сотрудничество с нацистами в годы Второй Мировой войны: Хьюго Фердинанда Босса называли «личным портным» Гитлера, а знаменитые коричневые рубашки были пошиты специально для членов нацистской партии. (Шутки про «модного Гитлера», которому посвящён целый сайт hipsterhitler.com, не смешны, но, в общем, небезосновательны). 
   Это извинение, помимо раскаяния или попытки «отмежеваться» от истории, демонстрирует осознание ответственности, которую на себе несёт мода. Ведь не секрет, что эстетическая сторона нацизма, которой уделялось огромное внимание, сыграла немалую роль в привлечении молодёжи, причём не только немецкой. Например, финский художник Тоуко Лааксонен, больше известный как Тоm of Finland, признавался в одном из интервью, что в нацистах его привлекла, прежде всего, их униформа: «Фашисты были самыми сексуальными мужчинами, которых я когда-либо видел в жизни. Иногда униформа возбуждала меня настолько сильно, что мне казалось, будто я занимаюсь любовью с одеждой, и мужчина внутри нее - живой манекен, который нужен лишь для удобства, - чтобы поддерживать ее и придавать ей нужную форму. Я рисовал нацистов только потому, что у них была самая сексуальная униформа!».

типичный Tom of Finland
   Почти магическое очарование немецкой формы времён Третьего Рейха рождалось из сочетания непреложных ценностей вроде графичности, строгости силуэта и практичности с подчёркнутой элегантностью, что произвело настоящую революцию в столь консервативной области, как мужская одежда. С тех пор эстетика милитаризма прочно вошла в, если можно так выразиться, золотой фэшн-фонд: год за годом целые модные дивизии маршируют по подиумам всего мира в приталенных пальто, галифе и рубашках с воротничками-стойками, вроде тех, что демонстрировали юноши с гладко зачёсанными набок волосами на показе весенней коллекции Katie Eary, прошедшем недавно в рамках London Fashion Week.

Katie Eary SS 2012
Katie Eary SS 2012
   Однако в авангарде моды идёт всё-таки не мужской милитари (мужской милитари давно стал классикой), а женский, пришедший с бескрайних просторов далёкого красного Китая, где женщины в форме – обычное дело. 
   Дразнящая экзотическая красота и ощущение опасности, исходящее от стройных, облаченных в прозрачную униформу азиаток, дерзко взирающих с картин Ху Мина, разожгли интерес фэшн-индустрии к коммунистической сверхдержаве.

Ху Мин, Из серии 'Transparent Military', 2007.
   Так, дом Max Mara представил весенне-летнюю коллекцию 2012 строгих до пуризма платьев, юбок, комбинезонов нейтрально-телесного цвета с наброшенными поверх жакетами, крой которых напоминает любимый всеми партийными боссами френч.

Max Mara SS 2012
   Не осталась в стороне и Вивьен Вествуд, представив публике вечернее «коммунистическое платье», главным украшением которого являются не пайетки или драпировка (хотя и то, и другое присутствует), а иероглифическая надпись «Lu Se Jing Ji», то есть «зелёная экономика».

Кэти Перри и "коммунистическом платье" Vivienne Westwood,
ноябрь 2011. 
   Впрочем, совсем необязательно писать что-то, чтобы быть понятым, ведь мода, неся месседж, сама по себе является публичным высказыванием. Вспомним Октябрьскую революцию: художники-авангардисты получали госзаказы на дизайн одежды, утверждавшей новый порядок. В Русском Музее и московской галерее «Проун» хранятся прекрасные образцы платьев Варвары Степановой и Любови Поповой, решивших задачу действенной пропаганды тремя основными способами: яркие, чистые цвета, принты в виде серпа/молота/звезды, максимально свободный крой. Последний отвечает также требованию «раскрепостить женщину», всё громче звучавшему в те годы.

Варвара Степанова, эскизы платьев; Модель в готовом платье
   Бунтарский дух революций вообще является мощнейшим катализатором модных процессов. Так, Великая французская революция в трактовке Dolce&Gabbana спровоцировала очередной скандал в 2007 году, парижская Коммуна вдохновила прошлогоднюю коллекцию Dior, коса а-ля Тимошенко вновь становится одним из главных трендов сезона весна-лето 2012, судя по коллекции Moschino, представленной на Миланской неделе моды.

рекламная кампания D&G, 2007.
Dior Fall 2010
Moschino SS 2012
   Разумеется, языком моды можно высказаться не только «за», но и «против»: против войны, как это делали хиппи, или вообще против всего, следуя примеру панков. Конечно, нас с детства учили, что с последних пример не стоит брать ни в коем случае, но если уж Карл Лагерфельд весной этого года одел своих моделей в кожаные гетры и рваные твидовые платья, то, видимо, не так страшен чёрт, как его малюют. 
   Стоит заметить, что мода часто, отражая те или иные общественно-политические изменения, не столько делает заявление, обозначая свою позицию, сколько констатирует сам факт этих изменений, адаптируясь в новых условиях. Например, экзотизм стал одним из стилеобразующих свойств моды Ар Деко во многом благодаря колониальной экспансии Франции и Британии, в начале XX века открывшей перед европейцами и американцами неиссякающую сокровищницу. Начавшееся тогда интенсивное взаимопроникновение культур и сегодня дарит вдохновение дизайнерам. Геометрические узоры Мексики, обожжённая солнцем Африка, минималистичная Япония, похоже, никогда не утратят своей актуальности. Хотя… оставим, пожалуй, долгосрочные прогнозы: даже пресловутое «сердце красавицы» не так «склонно к измене и перемене», как мода и политика.

4 комментария:

  1. шикарная статья! читала с упоением! :) у тебя есть все шансы стать следующей Сьюзи Менкес! ))

    ОтветитьУдалить
  2. Сьюзи Менкес?)) А я-то скромно собиралась стать Керри Брэдшоу, вот как недооценивала себя XD ))))
    Спасибо, Наташа!)

    ОтветитьУдалить
  3. Знаю что не по теме, и возможно не интересна тематика, но награды обязывают передавать и я действую по правилам)) по ссылке увидите я передаю вам награду.http://blog-blonde.blogspot.com/2012/01/blog-post.html

    ОтветитьУдалить